Идея Минфина РФ вывести онлайн-казино из тени встретила жесткое сопротивление. Екатерина Мизулина, глава Лиги безопасного интернета, в пух и прах раскритиковала инициативу ведомства о создании единого госоператора азартных игр. Напомним, Минфин предложил легализовать онлайн-сегмент с условием отчисления 30% выручки в казну.
Мизулина в своем Telegram-канале назвала этот план оторванным от реальности. По ее мнению, рынок настолько «серый», пропитанный криптой и офшорными схемами, что простая легализация не даст контроля. Операторы продолжат работать из-за рубежа, используя блогеров и альтернативные платежки. Без зачистки финансовых шлюзов инициатива бессмысленна.
Мизулина также напомнила о «традиционных духовно-нравственных ценностях» и указе Президента. Легализация лудомании, по ее словам, приведет к росту долгов, преступности и разрушению семей, особенно среди молодежи. Государство, пытаясь заработать, рискует получить социальную катастрофу.
Эксперты сходятся во мнении, что главный риск связан не с технической доступностью онлайн-казино, а с их институциональной легитимацией. Соосновательница «Клиники доктора Калюжной» Марина Калюжная подчёркивает, что при легализации исчезает внутренний «стоп-сигнал»: игра перестаёт восприниматься как рискованная практика и становится социально приемлемой нормой. По её словам, зависимость редко начинается как проблема — чаще это «развлечение, которое всегда под рукой», а последствия накапливаются постепенно: долги, тревожные и депрессивные состояния, разрушенные семьи. Она настаивает, что в случае легализации обязательны жёсткие ограничения рекламы и целевое финансирование программ помощи зависимым, иначе нагрузка на систему здравоохранения неизбежно вырастет.
Предприниматель Алена Королева обращает внимание на экономико-социальный аспект. По её оценке, более 60% взрослых пользователей Рунета уже сталкивались с онлайн-гемблингом, а запрет во многом носит формальный характер. Однако при легализации меняется общественная рамка: азарт начинает восприниматься как «разрешённый способ заработка или развлечения». Королева приводит международные данные, согласно которым в странах без жёстких ограничений на продвижение число активных игроков в первые 2–3 года после легализации росло на 20–30%, а доля проблемного гемблинга — на 10–15%, особенно среди молодёжи 18–25 лет. По её словам, ключевой вопрос — будет ли модель строиться на защите игроков или на фискальной логике «чем больше игроков — тем выше доходы бюджета».
Психолог Центра клинико-психологической помощи «Чистое небо» Лидия Кошкина акцентирует внимание на семейных последствиях. Она считает, что легализация создаёт «катастрофический эффект нормализации», когда реклама и интеграция в повседневную культуру снижают критическое восприятие риска, особенно у молодёжи. При этом зависимость затрагивает не только самого игрока: по данным, на одного проблемного игрока в среднем приходится до шести пострадавших из ближайшего окружения — супруги, дети, родители. В результате финансовые потери и долги трансформируются в хроническое напряжение в семьях, конфликты и социальную дестабилизацию. По мнению эксперта, без жёсткого регулирования и системной профилактики легализация может привести к последствиям, которые окажутся значительно масштабнее ожидаемых бюджетных выгод.
Источник: sportclan
